Воздействие вспышек на обратной стороне Солнца на Землю является редким и слабым явлением, а задачу системных наблюдений за невидимой частью звезды удастся решить только через 50 лет. Об этом Агентству городских новостей «Москва» сообщил профессор Института космических исследований РАН, доктор физико-математических наук Сергей Богачев, комментируя аномальную вспышку на скрытой стороне Солнца 27 мая, которая привела к радиационному шторму.
«На обратной стороне Солнца не производится системных наблюдений, но время от времени туда залетают некоторые аппараты. В данный момент там есть как минимум один спутник – Solar Orbiter. С точки зрения прогноза влияния на Землю никакого интереса к наблюдениям обратной стороны нет, так как влияние оттуда не идет. То, что сейчас оно было, – это очень редкое и очень слабое воздействие. Но в целом задача постоянного мониторинга всего Солнца, включая невидимые с Земли части, в астрофизике есть. Решат ее в лучшем случае лет через 50», – рассказал Богачев.
По его словам, главный фактор космической погоды, выводящий спутники из строя, – воздействие на электронные компоненты. Ученый уточнил, что в мировой практике защита производится экранированием и применением радиационно-стойкой электроники.
«К Земле такие частицы не проникают и полностью отражаются магнитным полем или поглощаются в атмосфере Земли. Спутники выходят из строя. Собственно, это главный фактор космической погоды, который их и выводит. Защита оптике не требуется. Воздействие идет на электронные компоненты. В данном случае эффект снега – это воздействие на приемник излучения (ПЗС-матрицу). Это тоже электронное изделие. Защита производится экранированием, а также применением специальной радиационно-стойкой электроники. Это мировая практика», – заключил Богачев.
Ранее СИМИ сообщали, что 27 мая на обратной стороне Солнца произошла вспышка в группе пятен 4436, которая привела к умеренному протонному шторму у Земли. Такие события обычно проходят незамеченными для планеты, однако в этот раз потоки частиц достигли Земли, вызвав эффект «снега» на камерах орбитальных телескопов.