Меню Поиск

Г.Клименко: Рано или поздно все государства построят виртуальные границы (интервью)

05.02.2016 17:47

Г.Клименко: Рано или поздно все государства построят виртуальные границы (интервью)

Теги: IT , Интернет , Техника , закон , Видеофиксация , Оборудование , Информация

Открытое программное обеспечение российского производства может заменить в госучреждениях продукцию компании Microsoft в течение пяти ближайших лет. Об этом в интервью Агентству городских новостей «Москва» сообщил создатель и владелец сервисов Liveinternet и Mediametrics, советник президента по вопросам развития интернета Герман Клименко. Также он рассказал о возможностях сотрудничества с московскими властями в области информационных технологий, о перспективах телемедицины и виртуальных границах в интернете.

А.М. (Агентство «Москва»): Одной из самых обсуждаемых новостей в январе стало ваше назначение на пост советника президента по интернету. Успели уже сформировать штат сотрудников?

Герман Клименко (Г.К.): Со штатом пока проблемы, секретаря нет. Потому что все было настолько неожиданно. Пока на текущий момент я, как все, мою себе чашки, потому что непонятно еще, где мой секретарь. Было бы проще, если бы я постоянно находился на Старой площади, но я приезжаю к 8:00, смотрю документы, а уже в 9-10 часов уезжаю еще куда-то.

А.М.: Много ли вам нужно людей для работы в аппарате президента?

Г.К.: Чтобы вы были в курсе, в ИРИ (Институт развития интернета - прим. Агентства «Москва») работает, по-моему, четыре человека. Деятельность института - это в большей степени краудфайндинг, в результате которого мы условно смогли сформировать программу и дорожные карты по развитию интернета. На самом деле, я бы предпочел иметь «виртуальный» кабинет, но у нас пока нет государственной облачной бухгалтерии - все равно нужен юридический адрес. Проблема в том, что наше чиновничество на 10 лет отстает от зарубежного. Когда я прошу переадресовать АТС-1 (система правительственной связи - прим. Агентства «Москва»), на меня смотрят как на сумасшедшего.

А.М.: Одним из первых результатов вашей работы советником президента стал выход поручений по развитию интернета. Насколько сложным был процесс согласования?

Г.К.: Никто не рад нашему появлению. Понятно, что как бы мы не ругались с ЦБ, мегарегулятор нас понимает. Это абсолютно технологичная отрасль, у нас особых дискуссионных проблем нет. Нам совершенно не рады старые, консервативные отрасли, связанные со здравоохранением, строительством и безопасностью. Основные проблемы при согласовании поручений были в этих отраслях.

А.М.: Вы неоднократно говорили о переходе на открытое программное обеспечение госорганов, в том числе приводили пример Федеральной службы судебных приставов, которая начала использовать Linux. Какие-либо еще органы власти могут в ближайшее время перейти на открытое ПО?

Г.К.: Я разговаривал недавно с одним высокопоставленным чиновником, и он мне сказал, что будет максимально долго сдерживать переход с Windows на Linux. Поскольку, на взгляд представителей госаппарата, нет разницы, какую операционную систему закупать, но для Windows уже создана инфраструктура, построены дата-центры стоимостью 1,5-2 млрд руб. Поэтому, отвечая на ваш вопрос, если мне дадут «право расстрела», года за два-три перейдем, если просто с настойчивостью - то через пять лет.

При этом у наших программистов сегодня есть два варианта: либо идти работать в «Яндекс», либо уезжать за рубеж - просто потому, что нет спроса на качественных специалистов. Государство, не предъявляя спроса на наших разработчиков, само лишает себя дополнительной поступлений в бюджет. Есть пример Индии, которая экспортирует в год программного обеспечения на 60 млрд долл. Если бы Россия экспортировала ПО на 60 млрд долл., у нас бы сейчас курс был 55 руб. за 1 долл.

А.М.: Почему же тогда переход на отрытое ПО не попал в поручения президента?

Г.К.: У нас все «тяжелые» поручения вышли в рабочую группу - мы ждем, когда она будет организована при президенте. Потому что в поручениях это невозможно сформулировать. Нет смысла отдавать приказ, который нельзя будет выполнить.

А.М.: Может ли появиться пилотный регион, где начнется внедрение отечественного открытого ПО для госорганов?

Г.К.: Мы сейчас с Ильей Массухом (президент Фонда информационной демократии - прим. Агентства «Москва»), я надеюсь, поедем по регионам, попробуем договориться с губернаторами. Мы будем искать не далеко, потому что у нас в Москве есть разработчики. Планируем поговорить с губернатором Владимирской области и, к примеру, договориться, что в этом городе на территории области будет устанавливать свое ПО один разработчик, в другом городе другая отечественная компания. Проведем пилот и поймем сколько будет стоить внедрение ПО, какое время займет, насколько дорого будет обслуживание. Надеюсь, с моим нынешним статусом это будет легче сделать.

А.М.: Перейдем от программного обеспечения к так называемому «железу» (компьютерное оборудование - прим. Агентства «Москва»). Насколько сейчас перспективно развивать в России производство IT-оборудования?

Г.К.: Есть вещи, которые мы можем делать, а есть, которые не можем. Мы можем работать в интернете, у нас прекрасная рекламная сеть, хорошие аналитики по Big data. Но нужно принимать мир таким, какой он есть. Вряд ли мы сможем когда-нибудь технически соответствовать ведущим производителям «железа». Можно изобретать заново велосипед, но мы явно не сможем сделать новый Samsung. Нам нужно развиваться в сфере софта, где мы вполне конкурентноспособны.

А.М.: Помимо вопросов, связанных с переходом на открытое ПО, в рамках рабочей группы при президенте планируется обсуждать перспективы телемедицины в России. Что сдерживает развитие этой отрасли у нас в стране?

Г.К.: Мое личное частное мнение - что телемедицина не принимается у нас в течение 15 лет по одной простой причине: ее пытаются обязательно привязать к ОМС. Там сразу возникает вопрос, какие услуги будут оплачиваться по ОМС, а дальше возникает следующая история. Таксистов было 6 тыс. - стало 60 тыс. после появления online-сервисов заказа такси. Вы же понимаете, то же самое произойдет в медицинской сфере - потребление ОМС вырастет резко, а денег в системе ОМС просто нет. При этом для удаленной передачи данных пациентов по существующим нормам требуется создание специального зашифрованного канала, специальное программное обеспечение, запуск спутников. Но к телемедицине это не имеет никакого отношения, на самом деле для создания отрасли надо лишь узаконить утверждение, что дистанционная консультация равна очной. Никто же не предлагает ставить уколы дистанционно или делать операции.

А.М.: И каким образом вы намерены продвигать внедрение телемедицины в России?

Г.К.: Сейчас в Минздраве «варится» закон о телемедицине, который ФРИИ (Фонд развития интернет инициатив - прим. Агентства «Москва») туда направила. Мы будем пытаться в этом году любым путем его внести - либо своими силами через Госдуму, либо правительство направит на рассмотрение. Потому что проблема проникновения интернета в медицину настолько очевидна, что в будущем мы будем иметь либо «яндекс-врача», либо «google-врача», если не примем соответствующие изменения в законодательстве в ближайшее время.

А.М.: Помимо «удаленной» медицины есть еще банковская сфера, которая активно перетекает в интернет. Сколько понадобится времени для отказа от наличных денег и перевод банковских услуг полностью в электронный вид?

Г.К.: Это вопрос футурологии. У нас очень сильное экономическое и социальное разделение между столицей и регионами. В России еще есть отделения, где на счетах считают и есть проблема качества рабочей силы. Москва условно может завтра перестать использовать наличные деньги, банкоматы есть, вообще можно запретить выдачу «кэша», а когда Россия к этому придет - неизвестно. Это может оказаться 10 лет, может 20.

А.М.: Планируете ли вы, в качестве советника президента, вести диалог с московскими властями, в том числе с департаментом информационных технологий?

Г.К.: Надо договориться об интеграции уже существующих успешных наработок Москвы в федеральные и региональные проекты, чтобы не делать одну и ту же работу дважды. При этом тиражировать опыт Москвы на любой регион зачастую сложно из-за технических особенностей каждого региона. К примеру, архитектуру столичной системы видеонаблюдения из 146 тыс. камер нельзя перенести в Ярцево Смоленской области, где несколько десятков камер и один сервер.

А.М.: При этом в Москве есть проекты, которые в принципе уже выполняют одно из поручений президента о создании всероссийской книги жалоб в интернете - к примеру, портал «Наш город». Будет ли использоваться позитивный опыт столичных властей?

Г.К.: В поручении собрать книгу жалоб по России, в принципе, ничего невозможного нет. Мы понимаем, зачем это - чтобы иметь картину мира. Надо изучить опыт регионов, выяснить, что мы понимаем под словом «жалоба» в юридическом плане. Должен быть механизм авторизации при подачи жалобы, ее проверка, должна быть обратная связь с заявителем. Технически ничего сложного, есть организационные вопросы.

А.М.: С развитием технологий появилась возможность использовать большие объемы открытых данных, но в последнее время виден тренд на ограничение доступа к ним. Разумно ли это?

Г.К.: Мы прекрасно знаем об эффективности «большого брата», но действительно ли это надо? Опять же - когда запускали систему видеонаблюдения в столице, она была открыта для пользователей. А хорошо ли это? Я на себя ответственность об открытии общего доступа к информации с видеокамер не возьму. Возникает вопрос о вмешательстве в личную жизнь, когда каждый может посмотреть, когда Г.Клименко пришел домой или ушел из дома, с кем он был, в какую одежду был одет.

А.М.: Вы упомянули о вмешательстве в личную жизнь человека. Как обстоят дела с исполнением «закона о забвении», который позволил пользователям удалять в интернете неактуальную информацию о себе?

Г.К.: Мы его приняли на 10 лет раньше, чем он был вообще нужен. Сейчас это все не своевременно. Я вас уверяю, что в сравнении с общими объемами информации поисковиков количество запросов настолько мизерно, что это не является на данный момент проблемой.

А.М.: Сейчас много говорят о виртуальной безопасности государства. Насколько, на ваш взгляд, велика угроза кибершпионажа в России?

Г.К.: Тем или иным образом все государства построят виртуальные границы, потому что современные технологии позволяют проводить на чужой территории колоссальную разведывательную деятельность. Это вопрос экономической безопасности государства, на мой взгляд. Сейчас достаточно поставить счетчик посещаемости на сайт, чтобы узнать множество полезной информации. Я сам пользуюсь Google, Facebook, но сейчас буду, наверное, отказываться от этих сервисов в силу того, что я чиновник и у меня будет новая почта gov.ru.

Рубрика: Общество

Пожалуйста, укажите название Вашего СМИ/организации.
Или просто представьтесь, если Вы частное лицо:
Ок